X

Микроклимат группы: чувства, которые возникают в группе

Микроклимат группы: чувства, которые возникают в группе
Участники группы ощущали себя ничтожными существами по сравнению с психоаналитиком, который, по их глубокому, бессознательному убеждению, был всемогущим, неистощимым на чудеса божеством, наподобие Будды, готовым на все, — лишь бы подчинить себе. В связи с этим члены группы стали испытывать примитивную ненависть, которая заявляла о себе импульсами, требовавшими уничтожить, разрушить, разнести на куски образ подобный матери, осквернить и разграбить храм этого неприступного божества и сопровождалась неотступным страхом, чувством вины и стремлением восстановить разрушенное. Деструктивные элементы личности проецировались вовне, что служило защитной реакцией на чувства страха и вины.
Подобное отношение группы к определенному лицу, олицетворяющему абсолютное материнское зло, носит весьма архаичный характер, поэтому члены группы воспринимают ненавистную личность не целиком, а фрагментарно. Объектами таких отношений могут оказаться грудь, голова, чрево, гениталии. Находясь под впечатлением столь первобытных представлений, члены группы зачастую перестают осознавать различия между собственной личностью и воображаемым материнским образом, частью которого они становятся, попадая в полную зависимость от него. В таком случае регрессия заходит настолько далеко, что участники группы уже не могут соотнести свои вымыслы с объективной реальностью.
Они боятся потерять свою личность, боятся, что архаичный образ поглотит их, и они станут его частью. Нередко от подобного страха спасает агрессивное поведение. Отдушиной для членов группы служит гипотетический враг, которого они находят вне группы. Наиболее простой способ защититься от опасности — бегство. Другая форма защиты — упорная фиксация на поздних стадиях развития, например на половых конфликтах.

Ненависть к неоправданно суровой матери
. Агрессивные, неприязненные и скептические отношения между членами группы являются своего рода местью равнодушной, суровой, тираничной и всевластной матери, которая, как казалось членам группы, имея все, отказывала им в малом, бросила их на произвол судьбы и могла бы даже обречь их на голодную смерть.

При оживлении конфликта с неоправданно суровой матерью, которую персонифицирует руководитель группы, члены группы чувствуют себя подавленными и воспринимают терапевта или лидера группы, как родителя, который манипулирует своими детьми, словно марионетками, барахтающимися на нитях кукловода.
Бессознательно члены группы могут желать смерти терапевту, но при этом они ощущают вину за подобное желание и бояться, что смерть руководителя группы отнимет у них последнюю надежду получить помощь. Судя по всему, подобные желания возникают как следствие оживших воспоминаний о своих матерях, которые относились в детстве к каждому члену группы с неоправданной суровостью.

Ключевым звеном интерпретации на этой длительной стадии группового процесса должен быть акцент на отношении матери к ребенку, которое, во-первых, может проецироваться членами группы на руководителя группы, во-вторых, на манеру членов группы обращаться с собственными детьми, и, в-третьих, сводиться к тому, как с ними обходились их матери.

Зависть к всевластной матери
. Развитие группового процесса часто показывает, что смертельная ненависть, связанная с усиливающейся регрессией, обусловлена не только местью, возникшей как реакция на детское разочарование, но прежде всего глубоко коренящейся в подсознании завистью. В детстве члены группы приблизительно также завидовали своим матерям.

На некоторых стадиях терапевтического процесса члены группы чувствуют себя спокойно, словно сидят на коленях заботливой матери, не желают никаких изменений и воспринимают психоаналитика и его интерпретации враждебно, полагая, что это разрушает приятную обстановку. В бессознательной групповой фантазии доминирует желание приникнуть к материнской груди, вкушая покой и наслаждаясь безопасностью. Периоды подобной гармонии рано или поздно завершаются повторным отношением матери, которая на оральной стадии развития ребенка угрожает уморить его голодом, на анальной стадии — подавляет его волю, на генитальной стадии — соблазняет или вызывает кастрационную тревогу; иными словами, в любом случае представляет собой потенциальную угрозу.

В групповой ситуации подобные реакции появляются достаточно легко, поскольку клиенту приходится довольствоваться не полным вниманием психоаналитика, а лишь седьмой или восьмой, десятой его долей ( в зависимости от количества участников группы). Иными словами, любой член группы в конце концов понимает, что он — не единственное “дитя” психоаналитика, как в случае индивидуального анализа, а один из шести-десяти “малышей”, которые одновременно требуют равной заботы.

Учитывая то обстоятельство, что члены группы относятся к психоаналитику словно к матери, нетрудно догадаться, что движущей силой группового процесса оказывается зависть.
Зависть членов группы к психоаналитику не всегда выражается прямо, однако косвенно о ее существовании свидетельствуют попытки “отравить” атмосферу на сеансе или пренебрежение к интерпретациям терапевта. Кроме того, зависть угрожает нарушить взаимопонимание между членами группы, проникнуть в их взаимоотношения и вызвать бесконечные склоки. Вместе с тем участники группы могут вполне сознательно завидовать терапевту, его достатку, дому, костюмам и гонорарам.

Наряду с обострением зависти на этой стадии группового процесса происходит расщепление личности членов группы на ряд элементов, которые проецируются на группу или на психоаналитика. Член группы начинает воспринимать терапевта не как субъект, а как часть собственной личности. Зачастую речь идет о нравственных элементах. Психоаналитик персонифицирует совесть клиента, его супер-эго.

Взаимоотношения с отцом.

Борьба за отца.
Согласно психоанализу, отношения с отцом имеют решающее значение для здорового психологического развития ребенка, а отсутствие отца влечет за собой более или менее серьезные психические расстройства. Это связано с тем, что отец наряду с матерью является для ребенка самым близким человеком и оберегает его от чрезмерной материнской опеки, которая может иметь место в том случае, если мать воспринимает ребенка как эрзац, способный заменить нелюбимого супруга.
Если отец не помогает ребенку, последний оказывается не в состоянии вырваться из материнских “объятий”. Кроме того, отец, образно говоря, пробуждает ребенка от психологической спячки, прививает ему лингвистические и общественные навыки. Конфликтуя и идентифицируя себя с отцом, ребенок развивает собственную личность, достигает определенной независимости, которая является залогом освобождения от симбиоза с матерью. Даже при условии того, что отец реально отсутствует, в отношениях между матерью и ребенком ощущается его “потенциальное присутствие”. Огромное значение групповой терапии заключается в том, что она позволяет членам группы ощутить это присутствие. Памятуя о “безотцовском обществе”, можно выделить особую форму серьезного невротического расстройства, возникновение которого обусловлено принципами подобного общества. Речь идет о специфической структуре личности с расстройством идентификации.

Месть за разочарование в отце.
Отец, неспособный позаботиться о ребенке, вызывает у него ненависть и презрение. Однако не исключено, что наряду с подобными чувствами индивид может ощущать свою вину перед отцом и относиться к нему с состраданием. Вытеснение и формирование психосоматических симптомов является защитной реакцией на такие переживания.

Кроме того, психоаналитик может олицетворять собой жестокое существо, отказывающее им в законном праве удовлетворить свои оральные влечения. В связи с этим члены группы могут постоянно прерывать терапевта, поскольку проецируют на него чувство ненависти, первоначально относившееся к их отцам, которых им хотелось лишить права голоса.
В случае разочарования в отце, участники группы, особенно на начальных этапах работы, нуждаются в четком и последовательном руководстве и готовы пожертвовать ради этого даже независимостью. В подобных условиях от психоаналитика требуется однозначно сформулировать свои выводы и обосновать выбранный им метод интерпретации, используя который члены группы могли бы разобраться в сложившейся ситуации. Боязнь членов группы лишиться руководителя или разочароваться в нем обычно бывает очевидна и нуждается в психологической переработке, которую следует производить посредством интерпретации переноса, толкования феномена реконструкции детских переживаний и взаимосвязи между динамикой группового процесса и воспоминаний членов группы.

Оживление и преодоление эдипова комплекса

Эдипов мотив в трехсторонних отношениях между матерью, отцом и ребенком является центральной проблемой невроза, поэтому он играет значительную роль в групповой ситуации. Типичные для эдипова комплекса трехсторонние отношения между психоаналитиком и членом группы формируются уже на ранних стадиях группового процесса посредством переносов и контрпереносов , однако на данном этапе они выполняют прежде всего защитные функции, позволяя участникам группы избегать воспоминаний о соперничестве с братьями или сестрами, а также оживления так называемых предэдиповых конфликтов. Только после дальнейшей регрессии, когда участники группы начинают инсценировать непосредственно детские отношения, на самом деле реанимируются эдиповы конфликты, в разрешение которых оказываются в той или иной мере вовлеченными все члены группы. Необходимо отметить, что позитивный эдипов комплекс, для которого характерны любовь сына к матери и ненависть к отцу или любовь дочери к отцу и ненависть к матери, нередко представляет собой реакцию сопротивления на негативный эдипов комплекс, при котором сын любит отца и ненавидит мать, а дочь любит мать и ненавидит отца.
Трехсторонние отношения с присущей им ревностью, которая была обязана своим появлением тому обстоятельству, что кто-то из участников неизменно оказывался “третьим лишним”, являются попыткой удовлетворить пассивные желания быть любимым, уважаемым, вызывать восхищение.

Подобное поведение было вызвано бессознательным страхом перед одиночеством, который в большей или меньшей или меньшей степени испытывали все член группы. Наряду с анально-садистическими элементами, значительная роль принадлежала особенностям, характерным для оральной стадии психосексуального развития, иными словами, член группы, подобно детям в возрасте от одного года до двух лет, нуждающимся в постоянной материнской опеке, надеялись, что психоаналитик о них позаботиться. …воспроизводили в переносах на руководителя инцестуозные черты отношений между отцом и дочерью, матерью и сыном. …сопровождалась гневом и желанием уничтожить травмирующий объект.

Гомосексуальность в группе

Члены группы хотят, чтобы руководитель одного с ними пола относился к ним с любовью, что согласуется с представлением о негативном эдиповом комплексе. Вместе с тем член группы боятся выдать свои чувства к терапевту, поскольку в их сознании существует жесточайшее табу на гомосексуальность. Поэтому они предпочитают держаться на расстоянии от других мужчин или женщин, потому что драматический детский опыт подсказывал им, что следует опасаться посторонних.

Агрессия

Агрессивность имеет огромное значение в групповой ситуации.
Взгляды на природу агрессивности очень расходятся. Некоторые исследователи считают агрессивность автономным влечением наряду с сексуальностью, другие склоняются к мнению о том, что она является следствием разочарования или объединяет в себе черты влечения и реакции на негативные переживания.
Агрессивность может быть вторичным симптомом, возникающим в виде реакции на страх или сексуальные желания, а также первичным феноменом, который не имеет никакого отношения к защитным механизмам.

Способы выражения агрессивности могут быть разными, а именно:
1.    Зрелая, нейтральная агрессивность, выражением которой является ненависть к индивиду или группе, как правило взаимная. Возникает вследствие разочарования и обиды.
2.    Так называемый нарцистический гнев.
3.    Незрелая, примитивная агрессивность, иначе говоря, деструктивность.

Агрессивность, сопутствующая эротическим отношениям, может быть реакцией на детские разочарования, обстоятельства, которых словно инсценировались на подмостках группы.
Если агрессивность членов группы к руководителю возникает в результате повторного оживления переживаний, связанных с отношениями родителей и ребенка, то агрессивность участников группы друг к другу объяснялась инсценировкой соперничества между братьями и сестрами.

Групповая агрессивность обусловлена эдиповым комплексом, который включает в себя инфернальные импульсы и склонность к умерщвлению соперника.
Архаическая по своей природе агрессивность часто возникает из-за преодоления чувств, связанных с недостатком преимущественно материнской любви в младенческом возрасте.
Наиболее выраженной представлялась боязнь независимости, поскольку данное состояние ассоциировалось у член группыов с разлукой, с потерей любимого человека. Участники группы реагировали на это отрицанием. Менее выраженным представлялся страх перед наказанием за неверность, который, однако, был значительнее, чем боязнь неравноправных сексуальных отношений.
Автор статьи:
Фурманов И.
Источник:
http://www.syntone.ru
 
 
 
показать предыдущие комментарии
Нравится: {{comment.likes.length}}
ответить скрыть

Вы можете отредактировать комментарий:

СОХРАНИТЬ ИЗМЕНЕНИЯ ОТМЕНИТЬ
ОТПРАВИТЬ
Нравится: {{com.likes.length}}
ответить скрыть

Вы можете отредактировать комментарий:

СОХРАНИТЬ ИЗМЕНЕНИЯ ОТМЕНИТЬ
ОТПРАВИТЬ
ОТПРАВИТЬ
ЗАГРУЗИТЬ ФАЙЛ ДОБАВИТЬ ССЫЛКУ ДОБАВИТЬ
Чтобы написать комментарий, войдите на сайт под своим именем