X

ДЖЕЙ ЛЕВИН «ДИАЛОГ»

ДЖЕЙ ЛЕВИН
«ДИАЛОГ»
Расшифровка диктофонной записи Лекции Джея Левина. 
Когда вы слышите про диалог, что вы себе представляете? Что это по вашему мнению? В чем разница между диалогом и монологом? Мы взяли идею диалога от философа Мартена Бубера. Он предложил очень интересную идею, отличающуюся от привычной идеалистической идеи, которая предполагает, что мы рождены, как индивидуальности и живем, как индивидуальности, и мы привносим нашу индивидуальность в мир. А Бубер говорил, что мы рождены в обществе и диалог - это наша базовая форма коммуникации. Диалог – это естественная черта быть человеком. Это очень отличается от старой идеи, что мы рождаемся отдельными существами, и мы должны научиться тому, как быть в группе. И самое узкое понятие, идея про диалог – это словно быть дома. Когда вы думаете о вашем доме, что дом означает для вас? Что является вашим идеальным представлением дома. Как оно быть дома? Это когда хорошо и спокойно, то место где можно быть собой и там где тебя любят и принимают. Дом это то место, где есть и другие люди. Это определенный вид отношений, который вы переживаете дома, но которых вы не имеете, когда идете в супермаркет. Это разный опыт. Дом это то место, где вас принимают, где вам рады и вам не нужно быть каким-то самоосознанным, вы будете чувствовать безопасность, что о вас заботятся, вас любят, что вы любите других людей. Они иногда могут быть занозой в заднице, но вы действительно принимаете и любите их. Вот это дом. Это первичный тип взаимоотношений, в которых даже ребенок может принимать участие. По факту дети являются мастерами диалога. У них нет никаких суждений, предрассудков. Они любят и их любят. Вы когда-нибудь слышали о серьезном и ужасном, сложном ребенке? Они являются такими, какие есть. Это то место начала, где ваше существования появляется. В определенном виде взаимоотношений с другими людьми. Бубер назвал эти отношения как «Я и наши отношения» - это тот же вид взаимоотношений, когда вы чувствуете себя «дома». Это те отношения, когда вы с другим не для того, чтобы что-то получить от него и они с вами не из-за того, что вы им сможете что-то дать. Вы в этом виде отношений цените человека за то, кем он есть, не потому что кто-то симпатичный или красивый, или богат, или сильный. Как ребенок, ребенок не судит, он ценит вас за то, кем вы есть, и ему обычно родители отвечают этим же видом взаимоотношений. Бубер противопоставляет «Я – Ты» отношения против «Я – Оно» отношениям. Я – Оно отношения это то, что происходит сейчас между нами. Я тут рассказываю что-то, а вы слушаете. И я не понимаю, получаете ли вы то, что хотите. Это инструментальное общение, контрактное общение. Я вам что-то даю, а вы уже с этим делайте, что хотите. Мы начинаем в 14:00, заканчиваем в 17:00. Нет сюрпризов, все понятно. Это как в супермаркете, кассиру неважно кто я, и мне не важно кто она. Мне важно осуществить контракт. Все очень просто. Это инструментальные отношения.
В гештальт терапии важен контакт. И контракт отличается от контакта. В английском контракт имеет несколько значений – это и легальный договор, все расписано по пунктам и никаких сюрпризов. Другое значение слова контракт в английском – это сокращаться, сжиматься. И в какой-то мере это хорошее описание разницы между контрактом и контактом. В контакте есть движение «К», на встречу, обогащение опытом. Вы приглашаете и вы приглашены. Особенно вы приглашаете то, что является другим, неизвестным. В контракте же, если что-то является отличным от того, что вы подписали или о чем договорились – сразу стоп. Некоторые терапевты работают с идеей контракта со своими клиентами. И эта идея в том, что я тебя изменю, а ты мне за это дашь денег. Это сделка. Гештальт терапевты немного другие. Как терапевт в гештальт терапии, вам все еще нужно, чтобы вам платили, это правда, но вы не заявляете про то, что вы измените клиента. Вместо этого вы делаете противоположное. Вы приглашаете клиента быть любым, различным, тем, кем хочет, всем чем он может только быть. Вместо того, что клиент пришел бы и сказал: «Мне это не нравится, заберите это у меня.» В гештальт терапии мы бы такой контракт бы с клиентом не заключили, мы приглашаем вас быть всем тем, кем вы можете быть. Даже если вы изначально думаете, что это неприятно, непринято и ужасно. Мы верим в то, что изменения происходят тогда, когда вы перестаете пытаться быть кем-то другим, не таким, какой вы есть. Это то место, где происходят изменения. Это и есть изменения в гештальт терапии. Это очень вписывается в идею диалога, чтобы быть приглашающим и принимающим то, что приносит человек, без суждения. И одна из первостепенных вещей для терапевта – это сопереживание. Сопереживание и сочувствие – это любопытство без осуждения, терапевт может и не понимать, но ему интересно, он не осуждает. Если я не понимаю что-то, это не причина для меня становится в защиту – и осуждать. Это как раз наоборот, если я не понимаю чего-то, как терапевт, могу ли я оставаться заинтересованным. Для некоторых терапевтов тут может быть большая проблема, если вы верите, что от вас ждут, что вы будете знать все, что вы будете все понимать, что вы знаете лучше клиента, тогда вы в неприятной ситуации. В гештальт терапии базовая идея – никто не знает клиента лучше, чем сам клиент. В этом разница с психоанализом. Аналитик знает и интерпретирует, информирует клиента и рассказывает клиенту, и если клиент с чем-то не согласен, отталкивается и сопротивляется, то это с ним что-то не так, вы никогда, как терапевт не являетесь неправыми. Это как карикатура психоанализа. Но в этом есть разница. Мы в гештальт терапии пытаемся не интерпретировать. Если вы пытаетесь интерпретировать, вместо того, чтобы находиться в диалоге, то как терапевт, вы должны признаться клиенту, что это только ваша гипотеза, это только то, что вы думаете. Но если клиент с этим не согласен, тогда это та реальность с которой я работаю, тогда я работаю с не соглашением клиента со мной. Потом что важно в диалоге – поисследовать то, как клиент выбирает не соглашаться со мной, а не то чтобы, я был прав. Клиент может сказать: «Вы знаете, я не уверен, что это так, я подумаю над этим…» И это очень полезная и интересная клиническая информация. Это отличается от клиента, который может сказать: «Пошел ты, ты не знаешь, о чем ты говоришь. Ты просто кусок дерьма и ты меня достал уже.»
Важна природа диалога, а не содержание. Как мы соглашаемся или не соглашаемся. Приглашаем ли мы в контакт человека, можем ли мы поддерживать этот контакт. Даже в том месте, когда мы встречаемся с нашими различными мнениями, с разностью наших восприятий. Вот что важно.
Часто диалог рушится и тогда у нас не диалог, а два монолога. Контакта больше нет. Монолог – это результат разрушения диалога. Мы всегда начинаем с диалога, это природа человека. Мы живем сейчас в чертовском мире, где человеческие взаимоотношения в наше время второстепенны, доминантными становятся такие ценности, как деньги, власть, время. Это «Я –Оно» отношения, и это воспринимается нормой. Очень сложно оторваться от этого способа мысли. Есть много давления для того, чтобы человек следовал этим ценностям. С потитической точки зрения гештальт терапия анархична, она строится на принципах связи, где взаимоотношения стоят на первом месте, а потом уже все остальные ценности.
Точкой перехода диалога в монолог является момент, когда я понимаю, что я заинтересован больше в чем-то другом, чем в клиенте. Например, вы больше заинтересованы в том, какой вы терапевт и как вы сейчас справляетесь. Когда клиент приходит к вам, он хочет говорить в монологе, это то, почему он здесь. Он чувствует себя оторванным, отрезанным, их жизнь неудовлетворительна для них. Основное прерывание диалога в терапии Фрейд определил и назвал его переносом. Перенос – это монолог, где клиент расценивает терапевта по другому, чем я есть на самом деле. Он переносит свои фантазии на терапевта, как на родителя, которого они никогда не имели, это могут быть позитивные фантазии – позитивный перенос, или я возможно, другой родитель, которого они имели, и я возможно, ужасный человек и я несносный, собираюсь их ранить и они не доверяют мне, это негативный перенос. Но это говорит только о том, что у клиента нет связи со мной, он меня ели-ели видит через фильтр прошлого, через дымку незаконченных вещей в настоящем. И ваша работа, как терапевта, это помочь им найти эти незаконченные дела и помочь им закончить их. В психоанализе и в гештальт терапии это очень по разному. В психоанализе психоаналитик поощряет этот перенос и теория в том, что мы невротическое поведение привносим этот перенос и потом мы его интерпретируем. А в гештальт терапии, как только вы учуяли запах переноса – это, как красная тряпка для быка. Вам нужно конфронтировать перенос на очень ранней стадии, дав ему сопротивление. Потому что мы заинтересованы в контакте. Потому что только в настоящем контакте, в реальном контакте возможен диалог. Если ко мне клиент относится, как к куску незавершенного чего-то, тогда я очень прямо спрашиваю, как это связано со мной, посмотри на меня я похож на кого-то из твоих близких? Я поощряю контакт, потому что только в контакте мы можем изменяться и расти, не через интерпретацию, не через разговоры о чем-то. Клиент ищет опыт, а не интерпретацию.
Клиент прерывает свою способность к диалогу по разному. У каждого из нас есть свой любимый способ.
Интроект – это правило, которое мы взяли не прожевав. Мы живем за этим правилом ненамного его осознавая. Прерывания есть у всех. Мы все прерываем нашу способность быть в диалоге. Прерывания к диалогу какое-то время гештальт терапевты называли творческим приспособлением. Это была здоровая стратегия выживания для вас, возможно, когда вы были 5-ти летним. «Слушай правила, иначе я не буду о тебе заботиться» - приблизительно таким могло быть послание родителя. И в 5 лет это служило выживанию, а в 25 лет ситуация уже изменилась, но этот 5-ти летний ребенок все еще управляет жизнью 25-ти летнего. Человек научается с детства, что его потребности это проблемы. Его потребности неважны. И тогда человек находится не в контакте с другим, а в контакте со своим страхом 5-ти летнего ребенка. Когда Вы работаете в диалоге, Вам не нужно двигаться в прошлое, процесс, который возникает в диалоге, показывает себя очень ясно здесь и сейчас, с вами. Вам не нужно догадываться, Вы можете просто увидеть это. Важный шаг в работе – сфокусироваться на самоподдержке. Есть много способов, которым клиент себя не поддерживает – это интроекция, проецирование и тд. У каждого из нас есть немереное количество прекрасных, великолепных способов испортить себе жизнь. И это наше человеческое творчество.
Я делюсь с клиентом чувствами в двух случаях: когда то, что я переживаю в сессии с клиентом, действительно мешает моей способности оставаться в контакте с клиентом. Я поделюсь чувством, если никак не могу его отодвинуть. Тогда это уже является частью наших отношений. Это уже здесь. Второй раз я делюсь чувствами, и это клиническое суждение, если я верю, что поделившись своим опытом в этот момент - это окажет некую поддержку для клиента. Потому что не каждый мой опыт важен для клиента. Терапия это не про меня, это про клиента. Правила, которое использовала Лора Перлз – давайте настолько мало поддержки, насколько это возможно и настолько много, насколько это нужно. Если клиент хочет узнать информацию обо мне, я поделюсь любой инфо обо мне, которая публична.
Диалог – это не какая-то таинственная и сложная вещь, это то, к чему у нас есть естественная способность. Мы забыли, как это делать в процессе роста. Это природная и естественная способность человека. Диалог – это до смеха просто.
показать предыдущие комментарии
Нравится: {{comment.likes.length}}
ответить скрыть

Вы можете отредактировать комментарий:

СОХРАНИТЬ ИЗМЕНЕНИЯ ОТМЕНИТЬ
ОТПРАВИТЬ
Нравится: {{com.likes.length}}
ответить скрыть

Вы можете отредактировать комментарий:

СОХРАНИТЬ ИЗМЕНЕНИЯ ОТМЕНИТЬ
ОТПРАВИТЬ
ОТПРАВИТЬ
ЗАГРУЗИТЬ ФАЙЛ ДОБАВИТЬ ССЫЛКУ ДОБАВИТЬ
Чтобы написать комментарий, войдите на сайт под своим именем