X

Принимай то, что можешь

Принимай то, что можешь
Идея «принятия» может быть не менее токсичной, чем её прямой конкурент - идея ненавистничества чего бы то ни было - людей, себя, мировосприятия, сексуальной ориентации, жизни...
И глазом не моргнёшь, как милое «принятие» в руках верующего превращается в яростное ненавистничество за то, что принятия нет, а должно быть.

Что значит принимать? Можно ли это делать бесконечно, со всеми, с собой, с какими-то чувствами, с телом?
Я вижу и слышу, как люди огорчаются и досадуют от того, что они не могут принять что-то, а вроде должны.

Например, женщину что-то раздражает в мужчине, мужчине может не нравиться что-то в женщине, это может касаться чего угодно - тела, способа жизни, поведения...

Растерянность, которую я слышу - она про то, имею ли я право ему, ей про это говорить? Что мне что-то не нравится в ней, в нём? Или я должен, должна что-то с собой сделать, это поломка в моём воспитании, восприятии? Или когда я себя не принимаю, оцениваю - доктор, расскажите, как от этого избавиться?
Я не знаю другого способа с этим обращаться, кроме как для начала обнаружить, что это так. Что-то не нравится, что-то не устраивает, что-то (мое отношение, чувство, возникающее в ответ на предыдущее чувство) пугает, волнует. Есть и то, и другое.

Признание реальности, которая сейчас такая - это я называю «принятием», а не то, что мне что-то не нравится, но должно нравиться, и я сейчас буду что-то делать, чтобы «принимать», по крайней мере буду делать вид - например, молчать, разрываясь от раздражения и напряжения.
 
В мире живут разные люди, здесь есть место и для толерантных, и для нетолерантных, и для тех, кто переходит из первой во вторую категорию в зависимости от ситуации, и наоборот. Более того, каким-то образом одни находят других, борются друг с другом, попутно влияя друг на друга каждый за своё, и в этом процессе, в этой борьбе « за своё» я вижу много смысла. Это место бесконечных смыслов - идти за собой, за своим, искать его, отказываться, искать новое, снова и снова.

Для меня вопрос поиска смысла заключается не в том, что все должны какими-то быть (и я должен) - в этом разношерстном мире этого никогда не будет. Вопрос в том, как я сам обращаюсь с тем, что я такой, каким я себя обнаруживаю прямо сейчас. Что я дальше с этим делаю? Стоит вспомнить, что у каждого из нас есть какой-то свой опыт.

Он именно такой - не правильный или правильный, он такой.

Для нас он правильный, другого у нас нет.
 
Ну вот, например, с тем же оцениванием - нас оценивали (я не знаю людей, с которыми это не делали), и мы оцениваем, меняем своё отношение к процессу оценивания, меняем шкалы, предметы, которым выставляем оценки, перестаём так сильно опираться на этот процесс, если вкладываемся в другие, но вывести из себя этот опыт не получится.
Он актуализируется, как только будет ситуация, в которой явно что-то не подходит под вашу какую-то жизненную шкалу ценностей или, наоборот, очень явно натолкнёт вас на вас же самих, а вы бы с этой своей составляющей не очень хотели иметь дело. Или, наоборот, какая-то нуждаемость в созвучии, похожести с кем-то, чем-то двигает вас к тому, чтобы ставить высокие баллы. Так не только с оцениванием происходит, с любым процессом, который есть в багаже вашего опыта.

Требовать от себя реагировать по-другому - значит отказаться от этого опыта, пытаться опираться на идею, которая родилась не в результате того, к чему мы сами прошли, не в результате вашего опыта, а того, что вам кто-то сказал, что какое-то поведение правильное, какое-то поведение хорошее. То есть это конструкт извне, а не ваш собственный, опорный. А ваше тогда какое?
 
Здесь возникает расщепление и очень много растерянности, тревоги. Потому что чувствует человек одно, а считает, что делать должен что-то другое.

В терапии люди, которые хотят работать психотерапевтами, много времени тратят на узнавание себя, проходят личную терапию, заглядывают в себя и обнаруживают себя с разных сторон в разных ситуациях, присваивают этот опыт, пристраивают, становятся и правда более лояльны к себе, а отсюда и к общечеловеческому, к тому, что может быть и так, и так.
Но эта работа над собой не отменяет того, что мне как человеку может что-то не нравиться в другом человеке. Я могу чего-то не принимать, не воспринимать. Ресурс отношений, ресурс развития для меня не в том, чтобы это игнорировать, делать вид, что я всё принимаю, а в том, чтобы это легализовать и смотреть, как вы, двое людей, будете выстраивать отношения, когда это есть и это так. Реальность такова.

Для меня есть разница в том, что значит “не принимать” (будь, каким хочешь, но знай, что это не мне нравится) и “осуждать” (будь другим, потому что такой ты мне не нравишься ). Это разные послания.

В «непринятии» я сохраняю право на то, что мне что-то может не нравиться, я могу рисковать об этом говорить и быть способным самому выдерживать напряжение в отношениях в связи с тем, что это «непринятие» есть, что и у меня, и у другого человека есть чувства по этому поводу, и возможно, какие-то потребности прямо сейчас не удовлетворяются. Да, это так. Так бывает.

Замечать и быть способным совместно переживать также и досаду по этому поводу (если есть), озвучивать и другие «правды» - например, то, что что-то не нравится, раздражает, но есть и другая правда - в том, что может быть важным сохранить отношения, и есть сожаление, что что-то прямо сейчас невозможно. Замечать и то другое, что мне нравится, откликается. В моём опыте работы и жизни такая свобода предъявления сильно поддерживает и другого человека в его раскрытии, в его праве «не любить», «не хотеть», «не принимать».

Если мне не нравится чья-то алкоголизация, как бы это мило не описывал человек, если я вижу, что человек полнеет, и за этой полнотой много его подавленной агрессии, более того, этот способ обращения с собой ему самому не нравится, но он в растерянности и сам не знает, как из этого выбираться - я не глажу по квадратной голове. Иногда именно моя агрессия - тот толчёк, который сдвинет плиту и над его собственной агрессией. Пусть сначала в мой адрес, что я жестокий терапевт, а дальше..., а дальше по-разному бывало, но это работает.
 
Это я говорю здесь о длительных клиент-терапевтических отношениях, вначале я-таки присматриваюсь и много вкладываюсь в безопасность, не спешу с резкими интервенциями, но за своей свободой всё равно прислеживаю, не делаю того, чего не чувствую, и не говорю того, чего не хочу говорить. Я озвучиваю своё отношение, свои чувства - это может быть раздражение, досада, сожаление, что он так делает. Я делаю это, потому что я часть его реальности, беречь его от своих реакций - держать в неведении - значит считать его невменяемым, дураком, не способным вынести этот мир ( по типу я - могу, а ты - нет), считать его ребенком - все это очень агрессивные послания человеку, на мой взгляд, куда более агрессивные, поддерживающие зависимость от меня, чем говорить о том, что не нравится или что раздражает.

Я делаю в терапии то, что я бы делала и в жизни. Если мне не нравится смотреть на то, как человек убивает себя медленно, а образ у меня, например, рождается такой, то я не собираюсь при этом присутствовать и заявляю о том, как на это реагирую и отношусь.

Если я знаю про себя, что если я накоплю много злости, то на этой подкопленной энергии могу и разрушить отношения, поэтому быть агрессивной, проявлять агрессию в отношениях для меня скорее значит, что мне эти отношения важны, что я хочу их как раз сохранить.

Меня саму в моей терапии реалистичное отношение терапевта очень отрезвляет. В жизни - так же. Оно может не нравиться, задевать, вызывать гнев, стыд, но оно есть, с ним нельзя не считаться. Имея дело и с этой частью реальности дальше мне приходится и это иметь в виду. В женско-мужских отношениях я поддерживаю озвучивание недовольства. Скажу по-другому - я поддерживаю то, что есть и рождается в отношениях, и считаю важным размещать это. Искать формы, да, но размещать.

В отношениях, правда, часто всё так запутано бывает. Много времени уходит на то, чтобы понять, кто кому кто, и что кому надо. Кто что выбирает и чем готов заплатить. Скрытые скелеты из старых и новых домов доставляют много неудобств, но и надёжно делают свою работу по удержанию образа каких-то отношений.

Вопрос легализации не стоит, когда выбор сделан, и этот выбор в том, чтобы продать свободу за безопасность. Тогда скелетов надо беречь.

Но если это не устраивает, слишком дорого обходится - хочется сохранить свободу и есть надежда сохранить отношения, то первое, во что есть смысл вложиться - замечать то, что есть - чувства, отношения, потребности. И вкладываться, много вкладываться в замечание разных правд и их легализацию - что есть и то, и это, и это, и при этом я хочу сохранить и нуждаюсь в том, чтобы ты тоже включилась (включился).
Это то, что я называю «приглашением в работу над отношениями» другого партнёра.

 

(с) Алёна Швец

 фото: участница фестиваля криков в Венесуэле

 
показать предыдущие комментарии
Нравится: {{comment.likes.length}}
ответить скрыть

Вы можете отредактировать комментарий:

СОХРАНИТЬ ИЗМЕНЕНИЯ ОТМЕНИТЬ
ОТПРАВИТЬ
Нравится: {{com.likes.length}}
ответить скрыть

Вы можете отредактировать комментарий:

СОХРАНИТЬ ИЗМЕНЕНИЯ ОТМЕНИТЬ
ОТПРАВИТЬ
ОТПРАВИТЬ
ЗАГРУЗИТЬ ФАЙЛ ДОБАВИТЬ ССЫЛКУ ДОБАВИТЬ
Чтобы написать комментарий, войдите на сайт под своим именем