X

О нарциссизме. В образах

О нарциссизме. В образах
Если говорить о явлении нарциссизма совсем коротко и просто, то это встреча по одежке. О том, что провожают по уму, нарцисс тоже помнит очень хорошо, поэтому близко и надолго к себе предпочитает не подпускать.
 
Под одежкой я здесь подразумеваю представление о том, каким нужно быть, чтобы произвести впечатление, вызвать восхищение. Для кого-то это правда идеальный внешний вид. Для других – тонкая забота о других, повышенный интерес к ним. Для третьих – особенные действия.
 
Я убеждена, что все мы в той или иной мере нарциссы. Все люди, живущие в обществе. Социум предъявляет к каждому из нас требования о том, каким нужно быть, чтобы быть принятым, не оказаться изгоем. А вот умение обращаться со своей нарциссической частью, степень собственного влияния на нее (как и на остальные личностные проявления) - очень важны. Если использовать иллюстрацию, то при здоровом нарциссизме у нас полный шкаф одежды. В деловом и строгом мы ходим на официальные мероприятия, в свободно возвышенном – в театр, в спортивном – на пробежку. И лишь к близким людям – в видавшей шестнадцатилетие, но любимой футболке, а иногда и вовсе голышом.
 
При нездоровом нарциссизме мы либо везде ходим обнаженными, либо являемся рабами одной одежды – чаще это военная амуниция. Первое – полное подавление в себе нарциссической части, ее недостаток, второе – ее гипертрофия, избыток. В обоих случаях человек страдает: либо от полной уязвимости, либо от невозможности близости.
 
Все проявления гипертрофированного нарциссизма вовне, которые так активно в последнее время описывают, - всего лишь следствия сильного расхождения между Я-реальным и Я-идеальным. При этом Я-идеальное является чем-то укрытым даже от самого человека. По сути он не знает себя, знает лишь то, что он не такой, неправильный, ошибка природы.
 
Доспехи нарцисса – то, что он транслирует в мир. Они безупречно блестят, но холодны как лед. Другой человек конечно может нагреть их, но они быстро теряют это тепло – оно чужое. Свое тоже есть, но спрятано за термопрослойкой.
 
Эта прослойка, на мой взгляд, состоит из очень жестоких родительских слов, она буквально соткана из них. «Как же ты меня достал!», «Глаза мои бы тебя не видели!», «Ну ты и зануда!», «Ты что тупой?», «У всех дети, как дети, а у меня…». Эти болезненные слова, либо дословно повторяя детский опыт, либо в форме действий, и выделяются в мир, если снять доспехи. До Я-реального еще очень далеко. Оно замуровано в тонны стыда и ужаса. Так как часто ближе всех к нам оказываются наши дети, то именно им и достается все это «богатство», переполняющее нашу нарциссическую часть. Человек может хорошо знать о том, как он ведет себя в близких отношениях, и уберегать и себя, и другого, и отношения от этого опыта путем дистанции. Но с ребенком это сделать значительно сложнее. Так и течет из поколения в поколение чья-то непережитая боль.
 
И лишь за всем этим прячется вот то самое реальное Я. Иногда это осколки разных возрастов, иногда просто ребенок 2, 5 или даже 10 лет, отдавший в рабство свою душу ради принадлежности, ради выживания.
 
Что же очень часто происходит в терапии с нарциссической частью? А еще чаще при чтении психологической литературы с целью самосовершенствования. К сожалению, чаще всего это «перекрашивание доспехов». Только теперь правильные представления о том, каким быть, сменяются мнениями других авторитетных фигур. Вместо родителей и учителей значимыми становятся психологи.
И тогда человек говорит Я-посланиями, выражает агрессию по адресу и пока не накопилась, перестает манипулировать, заботится о себе, выражает чувства, но все это лишь из знания как надо, как должно быть. А не из собственной витальности. Она по-прежнему заключена в плотную оболочку и бьется, и рвется наружу, но вместе с ней, с жизнью, возвращается и боль.
 
Самосовершенствование – это ловушка, путь в одиночество, в котором нет ничего: ни боли, ни радости. Нет жизни.
 
Самопознание – это тот способ, при помощи которого можно отыскать выход из этих плотных защитных слоев. Зная о том, что вода кипит при 100 градусах Цельсия, а при нуле обращается в лед, помогает нам предвосхищать и использовать ее разные состояния, а не ужасаться ее бурлению и испарению или затвердеванию. С психикой, как бы это не было банально, все обстоит точно также. Узнавая себя, мы становимся свободнее. Подстраиваясь под образ, идеал, эталон, обрекаем себя на неконтролируемое вскипание или замерзание, в котором «что воля, что неволя, все одно».
 
В завершении хочу сказать, что желание снять с другого его доспехи воспринимается лишь как насилие. Выйти к другому без собственных доспехов – это риск, и не всегда, кстати, оправданный. В каждых отношениях это совместный уникальный поиск, ведущий к встрече, для этого должно быть лишь одно условие – обоюдное желание.
показать предыдущие комментарии
Нравится: {{comment.likes.length}}
ответить скрыть

Вы можете отредактировать комментарий:

СОХРАНИТЬ ИЗМЕНЕНИЯ ОТМЕНИТЬ
ОТПРАВИТЬ
Нравится: {{com.likes.length}}
ответить скрыть

Вы можете отредактировать комментарий:

СОХРАНИТЬ ИЗМЕНЕНИЯ ОТМЕНИТЬ
ОТПРАВИТЬ
ОТПРАВИТЬ
ЗАГРУЗИТЬ ФАЙЛ ДОБАВИТЬ ССЫЛКУ ДОБАВИТЬ
Чтобы написать комментарий, войдите на сайт под своим именем