X

Моя свекровь - монстр

Разумеется, конфликт между поколениям существовал и будет существовать всегда. Однако сейчас он усугубляется скоростью изменений общественного устройства и образа жизни. Из-за этих перемен культурная норма общения между родителями и их взрослыми детьми «формируется на ходу», разделяя поколения еще больше. В прошлом знания и опыт родителей представляли большую ценность для молодых женщин, только что ставших матерями. Мама (теща) и свекровь не просто помогали менять пеленки, они учили обращаться с младенцами, осуществлять лечение и уход, поддерживать привязанность с детьми. И, конечно, несмотря на неизбежное наличие конфликтов, авторитет бабушек не ставился под сомнение, а невестки и дочери испытывали благодарность «за науку», потому что «научиться материнству» было попросту негде (причем в отсутствие качественной медицинской помощи и высокой детской смертности знания «бабушек» получали попросту сакральную ценность). Это взаимодействие, передача опыта от старших к младшим укрепляли привязанность как между бабушками-дедушками и внуками, так и между старшим поколением и их взрослыми детьми. 
 
Сейчас, как мы знаем, дело обстоит совершенно иным образом: основным наставником молодых мам становится интернет, к которому присоединяются более опытные мамы-подруги. Так  происходит потому, что за жизнь одного поколения уход и воспитание изменились принципиально, совершив переворот на 180 градусов «От Спока к Сирсам и Ньюфелду». Даже если не зреть столь глубоко в корень (в конце концов, не все штудируют Спока или Ньюфелда), появление слингов и подгузников, стиральных машин и планшетов с мультиками, развивающих занятий и автокресел само по себе сильно обесценивает опыт предыдущего поколения. 
 
Я помню, с каким азартом мои родители вспоминали ночные стирки, купание младенца «в пеленочке» в детской ванне (недетской у них тогда попросту не было), «тертое яблочко», которое давали месячному малышу, потому что к году нужно было отнять от груди, а к полутора – отправить в ясли. Если представить себе весь объем тех знаний и того образа материнства, можно вообразить, насколько сложно нынешней бабушке смириться с тем, что от этого практически ничего сегодня не осталось, более того – что большую часть советского ухода и воспитания сегодня врачи и психологи признали вредным. И тогда роль бабушки обесценивается от мудрой наставницы до «няни на час», причем няни «неправильной», потому что «она все равно делает все по-своему», «чуть отвернешься – она уже или мультик включила, или конфету дала».  Бабушке хочется признания своего авторитета, самоутверждения – но именно это мы и не можем ей дать, потому что вместо укропной водички можно просто посадить ребенка в слинг, и он перестанет плакать.  
 
Кроме того, положение современной бабушки часто незавидно еще и в том смысле, что власти и влияния на детей и внуков у нее куда меньше. Дети живут отдельно, внуков она видит редко. С одной стороны, она не чужой человек и имеет право участвовать, с другой – она не отвечает за внуков и не решает, во что они будут одеты, чем накормлены и т.п. И даже если происходит что-то из ряда вон выходящее, бабушка не может по-настоящему влиять на ситуацию, максимум ее возможностей – «пошуметь-поругаться-пожаловаться».
 
Если же описывать сложности, с которыми приходится сталкиваться маме в общении с собственной матерью и свекровью, то они связаны с нерешенной в России общей проблемой сепарации (отделения) взрослых детей от родителей и размытостью принятых на этот счет культурных норм. С одной стороны, в нашей стране принято уважать старших, признавать их авторитет и вести с ними скорее светское общение, стараться избегать конфликтов (т.е. в какой-то степени скрывать свои чувства, общаться как с неблизкими людьми). С другой – после рождения детей общение между семьями становится более тесным, порой молодые люди вынуждены жить под одной крышей с родителями или часто пользоваться их помощью. Близкая дистанция предполагает доверительное общение, которое требует искренности, кроме того, доверяется ведь самое дорогое - ребенок. Тут возникает противоречие между стремлением сохранять дистанцию, границы, собственную индивидуальность и потребностью в помощи, в доверии, в эмоциональной поддержке. Молодые матери, как правило, очень уязвимы и чувствительны, ранимы, мало способны на «светское» общение и в принципе терпимость.
 
Проблема сепарации связана с проблемой невыстроенных границ между семьями, когда непонятно, кто за что отвечает, кому что «позволено», кто за что платит и т.п. В России с ее прошлым тесных деревенских домов и коммунальных квартир, как известно, подобные вопросы не ставились; во многих семьях до сих пор защелки в комнатах считаются чем-то неприличным: что скрывать от любимых родственников? Также у нас зачастую отсутствует понятие приватного разговора: любая сложность одного члена семьи тут же становится поводом для обсуждения всех ее членов и выходит далеко за пределы семейного круга. На сегодняшний момент с Запада в Россию проникает, на мой взгляд, здоровое стремление выстроить границы с другими людьми, жить собственной жизнью, получить право принимать решения, не сверяясь бесконечно с родителями, – индивидуализм приходит на смену коллективизму (что мы при этом теряем – отдельный сложный вопрос, который я оставляю без внимания). Однако если молодая мама начнет «строить родственников»: «Мама, не звони нам так поздно», «Не показывайте моему сыну мультики», «Пожалуйста, стучите, когда входите» - она рискует получить в ответ обиды и обвинения в черствости и эгоизме, потому что тем самым будут нарушены вышеобозначенные «культурные нормы» и привычки, принятые в семье. А значит, она теряет лояльность. Теряя одно, приобретаешь другое: индивидуальность и свободу, право на собственную жизнь. Путь изменений – это всегда путь потерь. На пути к сепарации, если она не будет поддержана родителями, есть риск потерять отношения.
 
В России до сих пор лояльность семье считается большой ценностью, хотя лояльность всегда связана с потерей какой-то части себя. Культурная норма такова, что отношения между родителями и детьми построены на взаимозависимости, когда различия не ценятся, а самой большой проблемой отношений между матерью и бабушкой становится то, что они по-разному смотрят на воспитание детей и каждая считает свой взгляд единственно верным. Правда здесь на стороне дочери: это ее ребенок, и она имеет право решать, что с ним делать, отвергая непрошеные советы и тем более критические замечания. На деле же бабушки часто считают, что у них есть эксклюзивное право вмешиваться, поскольку они «знают как лучше». Хотя, если разобраться, кому лучше? В этом и проявляется отсутствие сепарации, отделения: «Ты должна быть такой, как я, должна думать, как я». Как правило, нормальной реакцией на такое невербальное послание является злость: «Я не хочу думать как ты, потому что я – это я». Но поскольку нормальной реакции ни у кого из нас нет, мы не сепарированы, то реакция у большинства из нас примерно такая: «Нет, с какой это стати, давай ты лучше будешь думать, как я».     
 
Получается, что говорят бабушка и сноха о подгузниках-бутылочках, а за этим стоит противостояние, борьба за власть: «Думай как я», «Будь такой же, как я» - «Нет, это ты будь такой же, как я».
 
Молодой маме кажется, что это бабушка такая вредная. Но интересно посмотреть, как со своей стороны она поддерживает  эти зависимые отношения, как вовлекается в конфликт. Как правило, в терапии с такими клиентами («Мама достала, опять кормила сына сосисками, ни во что меня не ставит») собственные чувства и импульсы осознаются не сразу. Например, женщина может долго жить в неосознаваемом конфликте между теплыми чувствами к родителям (желанием позаботиться о них, любовью и сочувствием) и злостью за их вмешательство в ее границы, которые она сама плохо осознает и тем более не умеет отстоять. В случае менее близких отношений конфликт может выражаться иначе: между культурной нормой («Это мои родственники, я должна их уважать») и реальностью («На самом деле они мне не нравятся»). Еще одним противоречием здесь может быть желание быть ребенком (хочу, чтобы мне помогали) и в то же время сохранять контроль над ситуацией (хочу, чтобы слушались и учитывали мои интересы). Если «приложить сюда» теорию Гордона Ньюфелда о смешении чувств, можно сказать, что эти противоположные переживания у молодой мамы не смешиваются, она не осознает, что имеет место и то, и другое. И тогда получается следующее: вначале она из лучших побуждений терпит многочисленные вмешательства, например, критику (отождествляется со своей «доброй частью») и вытесняет злость. Потом, когда недовольство и злость становятся слишком велики, женщина срывается, либо начинает жаловаться, либо дистанцироваться. При этом «плохой» она видит свекровь или маму, которая «достала», «совсем с катушек слетела», она не замечает, что «слетела» ее собственная злость, которая долго зрела изнутри.
 
Как бороться со слиянием, как сепарироваться и не вовлекаться в конфликт? Многие думают, что все проблемы решает увеличение дистанции: разъедешься с родителями, и все пройдет. Во многом это справедливо: в одном доме со старшими конфликты почти неизбежны. Но сепарация не происходит от формального разделения, поскольку у каждого взрослого ребенка остается в голове «внутренняя мама», продолжающая его критиковать. Сепарация связана с взрослением, и в этом смысле полезным шагом может стать взятие на себя ответственности за свои чувства и за собственную вовлеченность в конфликт. Хотя бы потому, что ожидать, пока «она все поймет и прозреет» бесполезно.
 
Что полезно делать в ситуации конфликта с родителями (сейчас речь именно о созависимых отношениях):
 
1. Признать наличие противоположных чувств и импульсов и как-то с ними «договориться». Например, «хочу, чтобы мама мне всегда помогала, но не хочу ее слушаться». Однако тут, как в известной фразе, или крестик снимите, или трусы наденьте. Если родители, к примеру, постоянно снабжают вас деньгами, сложно убедить их не вмешиваться в другие стороны вашей жизни. Если вам важнее независимость – отказывайтесь от спонсорства, от проживания под одной крышей. Если важнее помощь – ищите компромисс в отношениях. Или: «Люблю маму, но злюсь на нее». Ищите возможность для уместного выражения и того, и другого. Например: «Мама, спасибо за подарок, но не дари, пожалуйста, нам больше футболок с надписями».
 
2. Очень важно определить, что вызывает злость, где границы, что задевается. Проблема созависимых отношений в том, что человек плохо осознает, что именно его раздражает, кажется «Она сама меня бесит – и все!» Важно разделить, что нравится, а что нет, какие конкретные поступки свекрови вызывают неприятие. Дальше: с чем вы готовы смириться, а с чем  - нет, на что вы можете влиять, на что не можете.
 
3.  В диалоге нужно констатировать сходства и различия, а не слияние. То есть не пытаться переделать маму или свекровь («Думай как я»), а подчеркивать, что здесь вы совпадаете, а здесь - нет, у вас просто разные мнения (но ваше мнение приоритетно, п.ч. ребенок – ваш). И разные мнения не говорят о том, что вам надо перестать общаться. Можно поинтересоваться, почему бабушка так считает, на что опирается. Может, она вообще просто хочет, чтобы ее выслушали. Дайте право бабушке на свое мнение, даже если оно кажется вам бредовым.
 
4.  Будьте готовы к обидам и потерям в лояльности. При выходе из созависимых отношений второй созависимый, как правило, начинает сопротивляться. Помните, что для отношений нужны двое. Ваша задача не в том, чтобы добиться хороших отношений, а в том, чтобы повзрослеть, тогда и отношения изменятся.  
Вообще почаще себе повторяйте, как мантру, что вы – это вы, а она – это она. Это ее решения. Ее проблемы. Ее выбор. У вас есть свои решения и свои выборы. Дети – ваши.
 
Эта некоторая общая ситуация ложится, конечно, на богатую палитру индивидуальных случаев. Конечно, проблемы отношений со старшими родственниками отражают нерешенные гештальты нашего детства, нашей самооценки, доверия авторитету и вообще другим, конкуренции (со свекровью как с другой женщиной за внимание мужчины – вашего мужа) и т.п. К примеру, если в детстве мама постоянно унижала вас своей критикой и неприятием, с рождением ваших детей проблема воскреснет и приобретет новый масштаб. Поэтому, конечно, с такими ситуациями полезно работать на личной терапии.
 
При этом нужно понимать, что какого-то волшебного способа «жить с бабушками душа в душу» нет. Иногда говорят что-то вроде: «Научите меня не злиться на нее, хочу нарастить дзен». Звучит это примерно как «Научите меня не чувствовать, когда мне наступают на ноги» - запрос, возможно, подходящий для буддистского монаха, но точно не для терапии. Конечно, когда свекровь поучает и унижает вас, постоянно вмешивается в воспитание ребенка, терапевт может помочь осознать ненормальность такой ситуации, поискать вместе решение, но никак не «нарастить дзен». Однако это будут сессии не про то, какая свекровь монстр и давайте вместе ужаснемся (хотя я верю, что такое бывает))), а про то, как вы себя ведете, как вы ей позволяете становиться монстром рядом с вами.
Виктория Яковенко 21.04.2017 20:14:00

Здорово:) могу уверенно сказать, что не только в России, в Украине тоже такие тенденции есть:) Вы так все четко и конструктивно описали, но когда дохожу до практической реализации - загвоздка. Ну уж так много накопилось там энергии, что в конструктив вообще не хочется, только кричать:))) адекватности в этом мало, согласна. Для себя было бы интересно, какой-то пример из терапии с клиентом с похожими на описанные в статье проблемы. Конечно, если был такой яркий случай в Вашей практике или если корректно им поделиться? Ну и как разрешилось все:) заранее благодарю!

Александрова Анна 21.04.2017 23:46:48

Виктория, спасибо за комментарий! По этическим причинам я не могу делиться конкретными примерами из практики (только с согласия клиента). Тем более сложно попытаться угадать, в чем именно ваша проблема (ведь все разные, и свекрови тоже))) и как ее лучше решить. В самом общем плане могу предположить, что "накопилось много энергии" - это про невыраженную в отношениях злость. В таких случаях важно вначале дать место этой злости (в терапии, не в отношениях:-), а потом разбираться, что "накипело", почему, как можно это исправить, как выстраивать отношения так, чтобы не "накипало". Тут, как правило, не замечаются две основные вещи: либо сам процесс нарушения границ (их постоянно нарушают, вы терпите, вот и "накипает"), либо сами по себе отношения полны напряжения: сложно уважать свекровь, сложно признать ее авторитет. Во втором случае "помогает" взаимодействие с пустым стулом, когда вы садитесь на этот стул и пытаетесь себя почувствовать "в шкуре" свекрови.
Возможно, вам интересно будет прочитать еще одну статью на эту тему.
http://gestaltclub.com/articles/8826-moa-svekrov-vse-ese-monstr 

Виктория Яковенко 22.04.2017 06:50:17

Спасибо, почитаю:) тут подходит и про накопилось и про границы, и еще из Вашей статьи очень верно - вместо того, чтобы не включаться в конфликт, где она требует будь как я, я тоже стараюсь сделать из нее себя. Наши комплексы превосходства (по Адлеру:)) буцаются как те два быка на мосту. 
Предполагаю, то что мне не хочется в это углубляться может из-за того, что пока не могу или не хочу разбираться, нет ресурсов. Ну это так, размышления.
еще раз спасибо:) жаль про опыт не поделились, мне очень интересны практические случаи, но я все понимаю:)

Чтобы написать комментарий, войдите на сайт под своим именем